Автомобильный Лувр
Сравнение парижского Лувра и автомобильного музея в Мюлузе многим покажется неправомерным. Конечно, ни по количеству экспонатов, ни по их художественной и исторической значимости эти два музея несопоставимы. И все же у них есть кое-что общее. Оба – крупнейшие в мире, каждый в своей области. Экспозиции настолько масштабны, что их надо осматривать по частям, небольшими порциями. И тот и другой музей во многом обязан своим богатством энергии конкретного человека. Лувр – Наполеону Бонапарту, музей в Мюлузе – текстильному магнату Фрицу Шлумпфу.
Город Мюлуз на востоке Франции, расположенный рядом с границами с Швейцарией и Германией, стал в последней четверти прошлого столетия местом паломничества любителей автомобильной истории. Под ребристой крышей бывшей текстильной фабрики на авеню Кольмар разместилось крупнейшее в мире собрание, насчитывающее более 500 машин 90 европейских марок. Наиболее ценная часть экспозиции – не имеющая аналогов и самая многочисленная в мире коллекция из 123 автомобилей Bugatti.
История уникальной коллекции связана с именем эльзасского текстильного промышленника Фрица Шлумпфа. Он родился в 1906 году в Италии через два года после своего брата Ганса, который в хронике музея фигурирует в роли финансиста. Семья Шлумпфов (отец – швейцарец, мать родом из Эльзаса) вскоре после рождения Фрица переселилась в Мюлуз. Здесь в конце 20-х годов братья, окончив учебу, занялись предпринимательством и незадолго до второй мировой войны купили свою первую прядильню в близлежащем городке Мальмерспах. В 50–60-х годах Шлумпфы стали эльзасскими текстильными королями. Но к концу 60-х на безоблачном прежде горизонте их бизнеса начали сгущаться пока еще небольшие тучки – предвестники кризиса в текстильном производстве.
Его центр сместился в страны Азии, прибыли европейских предприятий неуклонно снижались. В 1971 году рабочие нескольких принадлежавших братьям фабрик объявили забастовку. Тяжелую ситуацию усугубил мировой топливный кризис. В 1976 году компания Шлумпфов разорилась и была продана за символическую цену в 1 франк. Сами братья, спасаясь от судебного преследования (их обвиняли в растрате и прочих многочисленных злоупотреблениях), едва успели унести ноги в Швейцарию. Тяжба длилась почти семь лет, в итоге суд заочно приговорил Фрица к четырем, а Ганса к двум годам лишения свободы.
Месяцы после оглашения банкротства были для рабочих не лучшим периодом, многим грозило увольнение. Не надеясь на помощь властей, они решили действовать самостоятельно. Ранним утром 7 марта 1977 года группа из 14 человек проникла на территорию бывшей текстильной фабрики Шлумпфов в Мюлузе. Они вырубили сигнализацию, вошли в главный корпус, включили свет – и застыли в изумлении. Смутные слухи о таинственной коллекции ходили давно, но теперь они увидели это сокровище воочию. Все огромное помещение было тесно заставлено старыми автомобилями. Иные горячие головы предлагали немедленно все распродать, а вырученные средства пустить на выплату пособий. Но решили иначе – в течение двух лет профсоюз держал саму фабрику и автомобильную коллекцию в качестве залога в борьбе за сохранение рабочих мест. А заодно открыл это богатейшее собрание машин для всеобщего обозрения.
Более 800 000 человек осмотрели экспозицию в 1977–1979 годах, продажа билетов пополнила профсоюзную кассу на 3 млн франков. В апреле 1978 года французское правительство специальным указом объявило о включении 285 автомобилей из коллекции Фрица Шлумпфа, в том числе 50 Bugatti, в реестр охраняемых исторических памятников. Документ содержал категорический запрет на их вывоз из страны или продажу. В начале следующего года всех сотрудников бывших предприятий Шлумпфов обеспечили новыми рабочими местами, а здания фабрики вместе с коллекцией были за $11 млн проданы вновь созданной ассоциации собственников. В ее состав вошли Департамент Верхнего Рейна, город Мюлуз, Торговая палата Мюлуза, компания Panhard, Французский автоклуб и оргкомитет Парижского автосалона. В 1981 году учредили предприятие – Национальный автомобильный музей в Мюлузе. Первых посетителей музей принял 10 июля 1982 года, и с тех пор его ежедневно посещают три-четыре тысячи человек. Бывшая текстильная фабрика стала самым популярным туробъектом во всей восточной Франции.
Много лет спустя было признано право Фрица Шлумпфа на долю вырученных от продажи коллекции средств. Получить эти деньги он так и не успел, поскольку умер в 1992 году В 1999 году французский суд поставил в затянувшемся деле последнюю точку – проживавшая в Швейцарии вдова Шлумпфа получила компенсацию в размере 40 млн франков.
Вернемся, однако, назад, в 50-е годы, когда было положено начало уникальной коллекции. К 1957 году в гараже Фрица Шлумпфа, в молодости занимавшегося автогонками, уже стояли три Bugatti, из которых он наиболее ценил купленный в конце 30-х годов гоночный 35В – на нем в первые послевоенные годы Фриц участвовал в соревнованиях по подъему на холм. Для ежедневных поездок он пользовался другим незаурядным автомобилем – спортивным Mercedes 300SL выпуска 1956 года. Фриц давно мечтал собрать коллекцию исторических автомобилей европейских марок – к «американцам» он относился с нескрываемым пренебрежением. В конце лета 1957 года Шлумпф привез в Мальмерспах гоночный Dufaux 1904 года, кабриолет Le Zebre 1908-го и седан Voisin начала 30-х годов. Вместе с тройкой упомянутых Bugatti – типов 35В, 57С и 57SC – они положили начало коллекции. Но первые серьезные приобретения были сделаны только три года спустя.
Летом 1960 года Фриц отправился на свою первую «охоту» в южную Францию. Эти места были практически не затронуты войной, в деревянных гаражах и амбарах нередко стояли настоящие шедевры автопрома. К тому же увлечение автомобильной стариной в то время еще только зарождалось, многие владельцы старых машин были рады возможности избавиться от них, как от ненужного хлама и отдавали их зачастую за гроши. Помощником Фрица Шлумпфа был некий Раффаэлли, дилер Renault в Марселе, который знал обо всех более или менее приличных старых автомобилях в тех местах.
Он и сам имел в гараже 11 Bugatti, которые у него, конечно же, выманил (недорого заплатив) неугомонный Фриц. Трофеями той летней экспедиции были 40 исторических автомобилей, в том числе три Rolls-Royce, пара Hispano-Suiza, не менее десятка Bugatti и Tatra 87. Джек-потом можно считать роскошный седан Bugatti 46, четверть века простоявший в портовом складе в Марселе. Никто уже не помнил, почему в 1935 году новая с иголочки машина не была отправлена заказчику в Сайгон. Управление порта было страшно довольно тем, что наконец избавилось от беспризорного груза, и Bugatti вместе с другими машинами погрузили в железнодорожные вагоны для отправки в Эльзас. Кстати, в Мальмерспах, а позднее в Мюлуз, автомобили прибывали в крытых вагонах. Поэтому лишь немногие знали, какой груз приходил на подъездные пути фабрик Шлумпфов.
Начало 60-х годов было для коллекционера Шлумпфа весьма урожайным периодом. У компании Gordini он разом приобрел десять наиболее ценных гоночных машин. В Daimler-Benz теперь кусают локти, вспоминая о нескольких проданных ему автомобилях 20–30-х годов – сейчас они могли бы быть украшением музея компании. Автогонщик Джо Зифферт продал Фрицу три гоночных Lotus, несколько отслуживших свое болидов уступила ему «конюшня» Ferrari. Слухи о фанатичном коллекционере расходились, как круги по воде, предложения поступали Шлумпфу из Англии, Швейцарии, Италии, Германии, США. Более того, для эффективного поиска новых экспонатов Фриц создал настоящую разведывательную сеть, используя в качестве агентов своих локальных дилеров и партнеров по бизнесу. Он никогда ничего не продавал – только покупал, и только автомобили лучших европейских марок и в наилучшем состоянии.
Вместе с тем любимой маркой Фрица Шлумпфа оставалась Bugatti. В1962 году Хью Конвей, авторитетнейший английский специалист по истории этой фирмы, опубликовал список владельцев Bugatti всего мира. Шлумпф моментально разослал всем им предложения о покупке их машин и в течение нескольких месяцев приобрел 50 автомобилей в более или менее приличном состоянии, став таким образом владельцем крупнейшей коллекции Bugatti. Но и этого Фрицу показалось мало. В 1963 году он купил еще 18 автомобилей, четыре шасси, восемь двигателей и ряд других узлов непосредственно у фирмы Bugatti. Кроме того, он сумел договориться о ремонте и реставрации своих экспонатов на заводе-производителе. Тут уместно небольшое отступление.
Спустя 15 лет после смерти Этторе Бугатти, в 1962 году, знаменитую мольсхеймскую фирму приобрела Hispano-Suiza. Шлумпфу пришлось проститься с заветной мечтой выкупить завод Bugatti и возродить былую славу этой марки. К осуществлению этого замысла Фриц пытался привлечь Рональда, сына Бугатти, руководившего семейным предприятием с 1947 года. Он даже предлагал руку и сердце вдове патрона Женевьеве Бугатти-Делькюз, но заветной цели так и не достиг. Некоторой компенсацией стало для него тогда, в апреле 1963 года, соглашение, по которому вместе с машинами с завода Фриц получил и часть семейного гаража Бугатти. Гвоздем этого приобретения было величественное, несравненной красоты купе Napoleon, созданное по эскизам Жана Бугатти – старшего сына Этторе, один из семи автомобилей модели 41, более известной как Royal.
Следующая удачная «охота» состоялась примерно через год. Через Хью Конвея Фриц узнал, что американский коллекционер Джон Шекспир предложил на продажу сразу 28 Bugatti. Самым привлекательным в этом списке был лимузин 41 Royal с кузовом английской фирмы Park Ward. Американец наотрез отказался распродавать свою коллекцию по частям, требовал незамедлительной оплаты и не соглашался ни на какие особые условия. Но кому в то время был нужен автопарк в почти три десятка старых Bugatti? Фриц Шлумпф оказался единственным заинтересованным покупателем. Ему удалось несколько умерить аппетит Шекспира, первоначально запросившего $110 000. Точная сумма сделки осталась тайной, но она была явно меньше сотни тысяч – весьма большие деньги по тем временам и сущий пустяк по сравнению с нынешней оценкой этих моделей (один только Bugatti Royal тянет сегодня на пару десятков миллионов долларов). Шлумпф действовал энергично, и в апреле 1964 года великолепные Bugatti уже плыли в Европу.
Осенью того же года в ремонтных мастерских фабрики братьев Шлумпфов в Мюлузе начали происходить довольно странные события. Там обосновалась группа из трех десятков человек, чьи профессии имели мало общего с производством текстиля, – в том числе 16 автомехаников, пять маляров, три жестянщика и два шорника. Вскоре, сославшись на кризис в ткацкой отрасли, Шлумпфы уволили почти весь персонал фабрики, но их фирма, тем не менее, не перестала существовать. Отныне она была еще и вывеской для грандиозного проекта, за реализацию которого Фриц взялся в начале 1965 года. День за днем колонны грузовиков вывозили с фабрики оставшийся текстиль и оборудование на другие предприятия братьев в Мальмерспахе и Эрстейне, а в Мюлуз доставляли укутанные брезентом автораритеты. Цеха прядильни за несколько месяцев превратились в крупнейший в Европе реставрационный центр.
Прежде из всех автомобилей, входящих в собрание Шлумпфа, реставрировались только Bugatti – в соответствии с упомянутым договором 1963 года в Мольсхейме выделили отдельный цех, в котором восемь высококвалифицированных механиков в течение трех лет работали только на Фрица. Но начатое столь успешно сотрудничество окончилось судебным разбирательством. Поводом для него послужил любопытный эпизод. В 1965 году Фриц заказал одной машиностроительной фирме точную копию гигантской рамы Bugatti 41, к которой имел подлинные 8-цилиндровый мотор объемом 12,8 л, коробку передач и оба моста. Все это он привез в Мольсхейм с целью постройки точной копии родстера Bugatti 41 Royal, изготовленного в 1929 году по заказу парижского миллионера, производителя модной одежды Армана Эсдерса.
Позже на его шасси фирма Binder смонтировала новый кузов ландо, и в таком варианте этот импозантный автомобиль сохранился до наших дней. А великолепный, созданный Жаном Бугатти родстер, считающийся едва ли не самым красивым кузовом первой половины ХХ века, прекратил свое существование. Его фрагменты, долго хранившиеся на складе фирмы Binder, погибли в апреле 1940 года во время налета немецких бомбардировщиков, целью которых был соседний завод Citroen. Этот автомобиль и задумал воскресить Фриц Шлумпф. Но если механики мольсхеймской фирмы (большинство из них еще помнило Этторе Бугатти) были единодушны за идею создания реплики, то руководство выступало решительно против. Ведь кроме всего прочего это было бы нарушением договора, предусматривавшего только ремонт и реставрацию подлинных Bugatti.
Стоит сказать, что в судебном разбирательстве фигурировали жалобы Фрица Шлумпфа на некоторые, по его мнению, недостаточно хорошо выполненные реставрационные работы. Так или иначе, сотрудничество Шлумпфа с мольсхеймской компанией на этом завершилось. Неугомонный Фриц еще пытался переманить к себе группу заводских механиков, но неудачно.
Забегая вперед, стоит отметить, что к реплике знаменитого родстера Royal в Мюлузе вернулись в конце 1974 года, однако закончить ее не успели. После бегства в Швейцарию братьям было уже не до амбициозного проекта. Готовое шасси и незавершенный кузов много лет простояли в одном из цехов, пока с них не смахнули пыль в конце 80-х годов. Тогда к работе привлекли ведущих экспертов. Например, в ней активно участвовал известнейший французский дизайнер Поль Брак, а команду реставраторов возглавлял лучший в стране специалист в этой области Андре Лекок. Законченная реплика украсила экспозицию музея в 1990 году.
bugatti отзывы:
Довезем
кресла руководителя, кресло офис, компьютерные кресла, кресла для офиса офисная мебель диагностика рулевой рейки, сварка цветных металлов Легкое
ВНИИЭТО, обогреватели, вакуумная электропечь, взрывозащищенные обогреватели
